— A-a-a-xl A-a-a-xl — разволновалась продавщица. — Что это значит?

Но никто не ответил на её вопрос, потому что все теперь с интересом наблюдали, что будет дальше.

— Это — реклама! — крикнул кто-то. А тем временем мужские ботинки и красные сандалики танцевали, весело притоптывая: «Хоп са! са! Хоп саса!» И до того это всем понравилось, что все принялись подпевать. И покупатели так развеселились, так смеялись, что, в конце концов, принялась смеяться, вместе со всеми, даже та невежливая продавщица.

Вдруг ботинки остановились. Красные сандалики тоже стали, и в толпе с изумлением услышали два детских голоска, которые громко и отчётливо произнесли:

— Требуем, чтобы продавщица была вежливой по отношению к покупателям!

Что тут творилось! Продавщица покраснела, как свёкла, и бросилась к ботинкам, но они, тем временем, вернулись уже на своё место на полке. А люди, стоявшие у прилавка, уже повторяли: «совершенно правильно, просим, чтобы вы были вежливы с покупателями». А ещё нашлись и такие, которые говорили, что это — очень хорошая мысль и чтобы передавали её через громкоговоритель.

Понятно, что теперь продавщица не могла злиться и вынуждена была быть очень вежливой. Она боялась, как бы не повторилась история с гуляющими ботинками.

А тем временем Петрик и Каролинка спокойно отправились дальше. Стойка с игрушками была в самом конце, поэтому им пришлось идти вдоль множества других прилавков с самыми различными вещами. У некоторых они приостанавливались на минутку — здесь были красивые шали, перчатки и платки, те, которые носят на голове, и — носовые.

— Погоди немножко, — попросила Каролинка. — Я только погляжу на эти платочки. Очень уж они красивые. Когда у меня будут деньги, я хотела бы купить хотя бы шесть штук маме на именины. Знаешь, какие мне нравятся? Вот те, голубые, с цветочками.

— А мне нравятся клетчатые, я бы их купил папе. Я даже наверное их куплю, когда насобираю достаточно денег, — решительно сказал Петрик. — Но ты только посмотри на этого парня.