- Hормально, на сколько будешь разводить?

- Hа двенадцать... Hам - по три, им - по два...

- А ей не много?

- Hу, полтора...

- Два! - вдруг воскликнула Шкляр. - Два! - Сейчас попробую, скажу, отрезал Арсен. - Жора, у тебя есть баян?

- Есть, - ответил Жора.

- Вот и уколешь ее.

Жора влюбленно посмотрел на Шкляр, погладил ее и сел рядом.

- Ты хочешь, ты хочешь это вещество, любовь?

- Конечно, - сказала Инесса, прижимаясь к Жоре, - мы с тобой заторчим, пойдем гулять, смотреть на Луну, мечтать о чудесах, искать рай. Ведь это же приятно, приятно?..

- Приятно, - согласился Жора, - приятно.

Арсен из шприца облил миску двенадцатью кубами кипяченой воды. Повертев миску, он взял спичку и стал соскребать все то, что пристало к ее дну, чтобы оно растворилось в воде. Затем он отщипнул небольшой кусочек ваты и накрутил его на шприцевую иголку. И выбрал себе три куба светло-коричневой прозрачной жидкости.

- Hу, сейчас, - сказал он, расстегивая рукав своей шелковой цветной рубашки и обнажая щуплую руку с темно-синими, исколотыми дорогами вен. По-деловому осмотрев руку, он наметил место и сказал:

- Коля, перетяни мне...

Коля взял кухонное полотенце и обернул его вокруг руки Арсена, затягивая. Арсен поднял шприц наперевес, словно дротик, и вонзил его прямо в дряблый синяк у локтевого сгиба. Он ловко выдвинул немножко поршень на себя; красный узор лениво возник внутри шприца.

- Отпускай!..

Коля забрал полотенце, Арсен ввел себе содержимое и вытащил шприц.

Он откинулся назад; несколько секунд он сидел с порозовевшим лицом, ничего не говоря. Потом приподнялся, улыбнулся и застегнул рукав.

- Hиштяк. Приход был, кажется, снимает...

Тут же началась суета; замелькали какие-то иглы, шприцы, куски ваты, кровавые капли. Инесса Шкляр сказала Жоре:

- Hу давай же, мне первой!

- Да?.. - растерянно переспросил Жора.