Космонавты молчали, а Зет тяжело вздыхал и ласково посматривал на Юрия, словно хотел сказать ему: «Я, конечно, виноват, но ведь я это делал для тебя… Да и за своих стыдно».

Юрий еще ничего не понимал и потому только смотрел на космонавтов.

Наконец Миро сказал:

– Винить некого и незачем. В конце концов, лететь к Голубой земле предложил Квач. Но дело не в этом. Дело в том, что мы потеряли много времени и контролирующие приборы справедливо послали сигналы. Так что нам все равно достанется за нарушение программы полета.

– Это ясно, – вмешался Тэн. – Взлетать или не взлетать – вот в чем вопрос.

– Считаю, что нужно взлетать. И немедленно. Иначе роботы будут дополнительно загружены расчетами траекторий и начнут снижать скорости.

– А это значит, что мы опять потеряем время, – сказал Квач, – которое мы выгадали, когда взяли управление в свои руки.

– Правильно! А ты как думаешь. Зет? Зет все так же мягко и несмело улыбнулся.

– Я думаю, что все правильно. Но мне так нравится эта Голубая земля; На ней так славно дышится… И потом… Потом, как быть с Юрием?

– То есть как быть с Юрием? – удивился Квач. – Мы очень рады знакомству… Но… не можем же мы взять его с собой. У него дом здесь. На этой Голубой земле. Так что…

– Это все правильно, – мягко произнес Зет. – Но знаете, ребята, когда я подключал Юрию обучающий аппарат, я нечаянно дал обратную связь. И мне показалось, что у него какие-то очень большие неприятности. Очень большие… Может быть, он расскажет нам все. И уж тогда мы решим.

– Выходит, ты подслушивал чужие мысли? – сурово спросил Миро.

– Но я же нечаянно, – заморгал Зет. – Случайно.

– Не будем спорить. Расскажи, Юра, что у тебя стряслось и чем мы можем помочь?