Скрипнула дверь.

В кухню боком протиснулась Королева Ньяма. Она была в ночной сорочке, формой и размерами очень напоминающей вместительные шатры кочевников-харацинов. Да не просто шалашик какого-нибудь харацинского пастуха или охотника, а пышный парадный шатер вождя, сотканный руками любящих жен и щедро отделанный воланами. И в чепчике.

– Нашли ужин? – спросила она, прикрывая рот ладонью, чтобы скрыть зевоту. – Вы, ребятки, небось, на стене задержались?

Данюшки кивнули.

– Вот ведь напасть, чтоб ей пропасть! – сердито и, одновременно, жалобно воскликнула Королева Ньяма и решительно села за стол.

– Ребятки, просьба у меня к вам, большая просьба… – сказала она, помолчав.

– Какая? – спросил первым Затычка.

Королева Ньяма ответила не сразу.

Она задумчиво крошила взятый с тарелки пряник. Тикали на кухне громадные часы в виде города с башенками, мягко ходил туда-сюда громадный маятник, изображающий парусный кораблик.

Превратив пряник в груду крошек, Королева сказала:

– Когда я была маленькой, бабушка рассказывала мне, что в Ньямаголе уже появлялись Опустошители Полей. Это случилось, когда она, бабушка, была маленькой девочкой. И остановил их тогда волшебник. Наш, ньямагольский чародей…

– А как остановил? – сразу задал вопрос цепкий на детали Полосатик.

– Не знаю… – огорченно развела ладони Королева Ньяма. – Бабушка уже не помнила…

– Но разве в летописи это событие не занесли?

– Почему не занесли? Как раз очень ясно написано, что Опустошителей остановил ньямаголский чародей и маг. Только не написано, каким образом.

– Понятно, значит, рецепта нет, – Полосатик деловито почесал макушку. – Но, может, родственники чародея помнят, как он это сделал? Может, у него была поваренная книга, вроде как у моей бабушки, и он туда по воскресеньям записывал, как золото из свинца варганить и Опустошителей Полей прогонять?