Кто знает, может именно здесь и были ответы на все тайны второго зала.

– Но ведь тут их никто не читает! – искренне возмутился Шустрик, оглядывая длинные ряды книг. – Какие же это знания? Мертвые кирпичи и все!

– Их читают и много читают! – засмеялась Королева Ньяма, – Точнее, копии с них. И доступ в книгохранилище, где они все есть, открыт любому. А эти спрятаны здесь, чтобы дольше сохраниться. Придет время, и с них сделают новые копии для новых читателей. Они совсем не мертвые кирпичи, они живые и даже очень живые. Тут даже чувствуешь себя иначе, чем в остальной сокровищнице. Иногда я прихожу сюда, когда мне плохо. Посижу, полистаю старые страницы и все мои беды куда-то уходят. И могу сказать, что даже характеры у книг разные. Здесь есть такие вредины, что я до сих пор не знаю, как к ним подступиться. Они любят только своего хранителя, а надо мной смеются, словно я глупая девчонка, а не Королева Ньяма. Ну что, пойдемте обратно? Все остальные сокровища хранятся в кухонной кладовой. И среди них пирожные с кремом, по которым я просто соскучилась.

Снова замкнув двери на тринадцать простых замков и один потайной, Королева Ньяма вместе с данюшками вернулась в пустую кухню.

Слегка подкрепившись полудюжиной пирожных, она сказала:

– Давайте я принесу карту и покажу вам, где живет чародей, а вы решите, сможете ли выполнить мою просьбу или нет.

Когда она вышла, Затычка воскликнул:

– А чего решать, конечно, надо бежать! А то, помяните мое слово, пару дней – и мы не то что бегать, свинячьей трусцой передвигаться не сможем! Я еле штаны на себя натягиваю, а у тебя, Полосатый, щеки стали глаза подпирать! Еще немного, и мы толще Макропода станем!

Друзья внутренне были с ним согласны, щедрое ньямагольское гостеприимство прибавило им весу, но Полосатик, обиженный за свои щеки, буркнул: