Я не успел понять, что произошло, как он умело приземлился, а в его руке оказалась заветная ветка каштана. С приятелем они поделили орехи. Я уже был готов проводить взглядом свою очередную фантазию, но он не ушел, а направился прямо ко мне, к берегу реки, и только тогда я заметил ссадину на его правой руке.

Он ловко подобрался по валунам к кромке воды в полуметре от меня и осторожно смывал с окровавленной ссадины грязь и пыль. Струйки воды стекали по плечу на грудь, на спину и исчезали в неглубокой ложбинке между ягодиц. Он несколько раз обернулся и вопросительно посмотрел на меня. Я смутился, понимая, что нельзя было не заметить мой долгий пристальный заинтересованный взгляд. Hе оставалось ничего, чтобы преодолеть эту неловкость и заговорить тотчас, как только наши глаза встретились в следующий раз.

- Привет, ну как каштаны, неужели так вкусно и того стоит, - я указал глазами на сочившуюся из плеча кровь, - ...кстати, лучше чем-нибудь перевязать. Вот, могу дать платок...

- Спасибо... Антон! - протянул он мне руку и ловко перебрался ко мне на валун.

- Хочешь попробовать, - на его ладони лежал крупный орех каштана...

Я представился, мы разговорились. Беседуя о пустяках, я пристально изучал его. Я был старше всего на каких-то два с половиной года и с удивлением находил в нем так много из внезапно утраченного мною. И выражение лица его, и глаза, и движения рук и всего тела были так непринужденны и свободны, как у молодого зверя на лоне недоступной человеку дикой природы.

Мы долго сидели на валуне, солнце почти исчезло в речной воде, похолодало.

Изредка мимо проносились прогулочные катера. В одиннадцать вверх по реке уплывал последний катер и возвращался лишь под утро.

Я смотрел, не стесняясь, прямо ему в глаза и понимал, что уже люблю его, люблю за то, что в нем еще так сильно присутствовала та непосредственность и живость, которые с каждым днем все быстрее уходили из меня. Я видел в нем себя совсем еще вчерашнего, которого еще сам не успел забыть - веселого и беззаботного, с легким ветерком в голове, способным без всяких усилий запросто исполнить любую мелодию в этой жизни.