— Что ж, хорошо. Тогда скажи-ка мне, когда ты смотришь, например, на обувь, замечаешь ли ты разницу?

— Да, у нее там пятьдесят пар, а у меня всего три.

— Дай-ка угадаю: деловая обувь, кроссовки и обувь для работы в саду.

— Все правильно.

— Еще вопрос: если ты сосчитаешь ее парадную одежду и свои выходные костюмы, к какому мы с тобой сможем прийти заключению?

— Для того чтобы сосчитать ее наряды, мне понадобится калькулятор, ну а для того, чтобы сосчитать мои костюмы, хватит и десяти пальцев.

— И какой из этого следует вывод?

— Что ей нравится покупать одежду?

— Ну, в общем, да, но как ты думаешь, что это означает применительно к сексу?

— Ну, у нее не так уж и много всяких сексуальных штучек, если это то, к чему ты клонишь.

Поняв, что острота ума была не самой сильной стороной Джима, я решил пойти другим путем и заявить ему обо всем прямо и откровенно.

— Джим, то, что я пытаюсь сказать, это следующее: твоей жене нравится более разнообразный секс, чем ты думаешь. Ей совсем не хочется носить один и тот же наряд в понедельник, среду и пятницу. Кстати говоря, вполне возможно, что ей не захочется носить один и тот же наряд даже раз в неделю. Ей хочется разнообразия.

Понимаешь, некоторые из нас, мужчин, относятся к сексу, как к футбольной тренировке. Мы знаем, что собираемся сделать, как мы будем это делать и чем все закончится. Проблема в том, что подобная рутина может очень быстро наскучить нашим женам. Вскоре они смогут составить диаграмму наших движений и в течение десяти секунд предсказать, как много времени мы проведем наверху, прежде чем спуститься вниз. Твоей жене хочется чего-то большего, чем это.

Я увидел, как в мозгу Джима вспыхнула лампочка. То, что я говорил, приобрело для него некий смысл.

— Вот в чем заключается твоя задача, Джим, — продолжал я. — Твоя жена не будет той же самой женщиной во вторник вечером, я имею в виду в сексуальном плане, какой она была, например, в субботу утром.