Потом они поворачиваются разом, как пловцы, она оказывается под ним, он опирается на локти и смотрит на нее. И начинает скользить вниз по ее телу, его лицо ложится на ее живот - она вздрагивает, заложив руки за голову. Она любит его такую близость со своей плотью и до грозового всплеска желания с нежностью воспринимает детскую тяжесть головы любимого на своем животе, она нежно поглаживает его жесткие волосы, ощущает его нос, его глаза - он ресницами щекочет ее кожу. Она лежит вытянувшись на этой узкой постели и откинув в сторону простыню, лунный свет льется на их тела - более смуглое его и белое ее - их тела отливают перламутром, они припудрены неощутимым светом. Ладонями, не двигая головой, он гладит ее длинные бедра, ее округлые колени, его руки скользят по икрам до щиколоток, затем взмывают вверх, чтобы еще раз сжать круглую грудь. Потом он губами и языком начинает нежными, быстрыми касаниями ласкать эту лунную плоть, скользить по ее изгибам, спускаясь по складке паха, вдоль бедра, а затем возвращаясь к самой сердцевине этого тела, уже побежденного смятением, то напряженного, то расслабленного. Он привстает, садится на корточки и рассматривает девушку, покоренного зверька.

Когда он привстал, ей стало холодно. Она со стоном протягивает руку, дотрагивается до его колена и снова опускает ее. Она пристально смотрин на него и почти задыхается - ей хочется вечно смотреть на этого нависшего над ней юношу, пока тот, замерев, смотрит на свою горячую и неподвижную женщину.

Но вот она закрывает глаза и не видит, как он наклоняется над ее телом, опираясь на локоть, он выбрасывает вперед свои ноги. Она вдруг ощущает его колени где-то у уха, а его руки охватили талию и приподнимают ее - его твердая грудь коснулась ее бедер. Она мотает головой из стороны в сторону, говоря "нет" удовольствию, но это "нет" равноценно "да", ее губы касаются колен юноши, не чувствуя их, она не понимает, что делает, с губ ее срывается стон.