На покрасневших круглых коленках отпечатался рисунок ковра. Острые грудки обиженно смотрели в разные стороны. Он повернул ее к себе лицом, и посадил на диван. Она покорно подчинилась, и присела на краешек, сдвинув колени. Теперь ее бедра казались шире, чем они были на самом деле. Рыжеватый пух виднелся под мягким животом в складках.

- Дай мне ножку, - сказал он.

Она с сомнением приподняла правую ногу, и чуть откинулась назад, опершись руками сзади. Он взял маленькую ступню обеими руками, склонил голову, и поцеловал большой палец. Он был мягкий и нежный, без намека на мозоли. Затем он облизал все ее пальцы, смазывая их слюной, и опустил девичью ступню ниже, прижав ее к члену. Ирина напряженно следила за его действиями, приоткрыв рот. Он осторожно вставил головку между большим и соседним пальцами; ее ступня напряглась, и она сдавленно охнула от удивления. Поняв, что от нее требуется, она принялась медленно водить ступней вверх и вниз - сильные влажные пальцы охватывали его член, сладко задевая основание головки. Он тяжело задышал, придерживая обеими руками ее напрягшуюся ножку - ее неразвитые подростковые мускулы переливались под бледной кожей, возбуждая его. Он видел, как качались ее грудки и отчаянно дрожал живот в ее попытках сохранить равновесие.

- Тебе тяжело так? - хрипло спросил он.

Она отрицательно помотала головой.

Его яйца потяжелели в предчувствии разрядки; но вдруг ее пальцы ускользнули от него - она отдернула ногу, и порывисто потянулась к нему. Ее руки легли на его бедра, ртом она искала его член. Он торопливо сжал ее затылок, натягивая ее рот на головку - она всосала ее, но не пропустила в глубину, отчаянно сопротивляясь языком, и ему пришлось преодолеть это давление, насильно протолкнув напрягшийся ствол внутрь в нежную мякоть рта. Тотчас все ее тело страшно вздрогнуло, словно от боли, она замычала, а он начал спускать густые струи ей в гортань.

Ее не стошнило. Но несколько минут она стояла на четвереньках на ковре, тяжело кашляя и сплевывая вязкую жидкость.