Владика поразила овальная поросшая русыми волосками выпуклость, которая вдруг стала видна под ягодицами между бедер. Это было самое сокровенное место Инны Семеновны - ее половые органы. Эта буйная поросль вьющихся волосков на женских гениталиях была хорошо видна, но Владику хотелось разглядеть ЭТО получше, и он взял в руки бинокль. Несколько секунд он любовался тайным достоянием своей матери, разглядывая светло-русые заросли, которые в окулярах выглядели на расстоянии вытянутой руки (казалось, до них можно дотянуться и потрогать), и срамные губы, которые проглядывали сквозь волосы, затем женщина выпрямилась. Купальник упал к ее ногам, и она стряхнула его, сначала с одной ноги, затем с другой. Половая щель при этом уже была не видна Владику, но он видел густую поросль волос на ней (так называемую киску), когда мать поднимала ноги. Сбросив с себя купальник, Инна Семеновна улеглась загорать снова в той же позе, что и раньше, навзничь, и снова накрыла лицо широкополой соломенной шляпой. Она лежала, как и ранее, ногами в сторону Владика, так что ему было хорошо видно то, что он так жаждал увидеть, когда на женщине еще был купальник. Теперь ему ничто не мешало со сладострастным замиранием сердца разглядывать обнаженное лоно. Инна Семеновна к тому же легла с широко раздвинутыми ногами, стараясь подставить солнечным лучам внутренние стороны бедер, так что Владик видел не только большой треугольник светло-русых волос, но и проглядывающие сквозь волосы срамные губы, эти две неровные розовые полоски. Над ними виднелся валик клитора, который слегка проглядывал сквозь завитки лобковых волос, увенчанный маленькой, с горошину, головкой. В бинокль Владик во всех подробностях рассмотрел гениталии Инны Семеновны, они были прямо перед глазами, казалось так близко, что можно потрогать рукой, он видел каждый волосок на лобке и на промежности, видел каждую неровность бахромы срамных губ, видел родинку на промежности, где волосы были тонкой полоской, видел молочно-белые шары ягодиц.