Мисс Джилливотер не была Ли Айэкокка, но вместе с тем считалась весьма компетентной и достаточно милой. Она обязалась поддерживать дело в целости и сохранности до возвращения Франки.

Пока Франки что-то обдумывала, служащий, плотный мужчина с монашеским венчиком темно-русых, седеющих волос и выступающими передними зубами, снова влетел в зал магазина. На одной руке он нес платье из одноцветного муслина, и весь его облик выражал надежду и огорчение:

– Я боюсь, лучше ничего нет, мисс Виттер. Это несколько соответствует стилю семнадцатого века - корсаж со шнуровкой… Я полагаю, такое могло быть в средние века.

Франки смотрела с некоторым вежливым недоумением на платье орехового цвета. У нее было несколько вариантов: вернуться в Лондон и провести неделю, осматривая достопримечательности; уединиться в своей комнате с видом на лужайку и чувствовать себя покинутой и несчастной (последние полтора года ее дела были расстроены); последовать совету покойного дедушки, не раздумывая, взять это муслиновое платье и с радостью предвкушать приближение ярмарки, о которой она месяц тому назад прочитала в журнале. Вероятно, это был бы наилучший вариант.

– Это подойдет, - решила она, беря платье у служащего и держа его перед собой. Она уже повернулась к огромному зеркалу, занимавшему одну стену магазина, как вдруг ее взгляд остановился на окне. Мужчина, одетый в великолепную сияющую мантию и остроконечную шляпу, стоял там и пристально разглядывал ее через стекло. Блестящие нити его изумительной одежды, казалось, были сделаны из лунных лучей, и серебристыми кольцами спадала на грудь борода.

В этот момент время как бы остановилось. “Это просто парень в карнавальном костюме, - подсказывало ее левое, логическое полушарие мозга. - Ведь продолжается ярмарка и маскарад, помни об этом”.

Франки закрыла и открыла глаза: волшебник исчез, а тротуар был полон людей, совсем простых, обыкновенных людей, даже в карнавальных костюмах.