- Почему он такой злобный? - спросил я Ральфа. - Что я ему сделал?

- Не обращай внимания, - сказал Ральф и сел массивной задницей на край стола. - Он такой родился.

- И что теперь будет? Первый раз я влип в такую историю.

- Тебе придется заплатить пошлину.

- Сколько?

- Не знаю. Мы подсчитаем. Долларов триста или четыреста.

- У меня с собой только две тысячи франков.

Ральф пожал плечами.

- Не нужно было покупать все эти тряпки.

- Но это не мои тряпки, клянусь... У выхода из таможенного зала меня ждет человек, которому я привез чемодан.

- Так пусть он и заплатит пошлину, - разумно предложил Ральф. - Ты думаешь, он все еще ждет тебя?

- Ох! Надеюсь. Я его никогда в жизни не видел, но он должен меня узнать.

- ОК, - сказал добрый Ральф и снял задницу со стола. - Я выведу тебя, и ты ему скажешь, чтобы он заплатил. Если не оплатишь пошлину, придется тебе сидеть здесь. Пошли?

Мы прошли по коридору и вышли в зал.

- Этот со мной! - бросил Ральф черной даме с необъятными бедрами, затянутой, как сарделька, в шоколадного цвета униформу, на бедре у дамы болтался револьвер.

Двери раздвинулись, и я увидел предбанник Нью-Йорка, наполненный обычной нью-йоркской карнавальной толпой. Зловещие и смешные персонажи страны победившей демократии пялили свои очи на нас с Ральфом, и всякому из персонажей было ясно, что я арестованный, а Ральф - тюремщик. За металлическими заграждениями, как в зоопарке, нью-йоркские звери глядели на нас с любопытством.

- Эдвард! - Я увидел не Валерия ("Мой друг Валерий будет ждать тебя в аэропорту", - сказал Димитрий), но меня окликнул человек, которого я знал в лицо.

- Мишка! Что ты тут делаешь?

- Мы ждем тебя! - сказал носатый и коротконогий Мишка в шортах.

"Мы" - относилось к коренастенькому, худому, нездорового вида человечку рядом с ним.