С той же дамой мы гуляли по вечернему Харькову. Оказавшись в окрестностях кладбища (в городе какое-то), мы решили туда зайти. Тамошний смотритель, философствующий старик, был знакомым моей подружки. Посидели в сторожке, попили водки, побеседовали на темы о вечности. На дворе совсем стемнело, взошла полная луна, яркая как солнце. И тут мне захотелось пощекотать нервы, погулять по кладбищу при Луне. Что мы и сделали. Моя подруга тоже не робкого десятка оказалась… Мы ходили и любовались пейзажем, адреналин потихоньку выделялся и в конце концов нам захотелось. Да захотелось так, что просто жуть! На глаза попалась небольшая лужаечка, поросшая травой. Вокруг кресты, памятники, деревья шумят, в воздухе какие-то быстрокрылы носятся… Все залито бледным лунным светом и кровь стучит в висках… Она отдалась мне с такой страстью, что по крайней мере, несколько покойников должны были вылезши, поинтересоваться, что это за ужас здесь творится. Когда у нас все закончилось, мы еще какое-то время валялись на траве, не в силах подняться. Окружающая обстановка угнетающе не действовала, наоборот, это добавило морального удовлетворения. Мы пришли к выходу, поблагодарили, прощаясь сторожа и пошли домой.
96. >НА ЛУГУ ПОД ПРОЛИВНЫМ ДОЖДЕМДа история, в общем-то, банальна — были у реки за городом, когда прорвало хляби небесные. Наскоро упаковав вещи в пакеты, мы в купальных костюмах начали бегать по упругой траве летнего луга. Гоняясь друг за другом, постепенно остались нагишом… Побегав еще какое-то время в обликах Адама и Евы, мы изрядно возбудились, и это возбуждение дало нам насладиться плотской любовью с той же силой, с которой шел окружающий нас ливень… Потом ливень постепенно превратился в простой теплый летний дождь, но нам одного раза было мало — и этот праздник слияния с природой продолжался. А потом нас приняла река — мы, как дети, плескались и брызгались водой, смеялись и целовались…