– Знаете ли вы судно под названием "Принцесса Фиджи"?

Брови американца поползли вверх.

– Никогда о таком не слышал. А что?

– Оно может иметь отношение к исчезновению Роуза.

Логэн снисходительно улыбнулся:

– Вы всегда можете поинтересоваться в порту. Но не слишком усердствуйте. Палец ведь мог очутиться там, где его нашли, по вполне объяснимым причинам. Фиджийцы – самый миролюбивый народ в мире. Они даже не знают, что во Вьетнаме идет война.

Тем не менее, именно с этого райского острова, населенного миролюбивым народом, взял и исчез Роуз…

– Я пойду прогуляюсь в порту, – заявил Малко.

Дэн Логэн пожал плечами.

– Вряд ли вы что-то отыщете. Если у вас нет планов на сегодняшний вечер, я предлагаю поужинать в "Золотом драконе". Это единственная "точка" Сувы. Моя жена составит вам партию в бридж.

– Хорошо. Идем в "Золотой дракон", – согласился Малко.

Выйдя на улицу, он почувствовал, как горло перехватывает от влажного зноя и пыли. Порт находился как раз напротив, в конце Принцесс-стрит, по другую сторону базара. Туда можно было дойти пешком. Он зашагал вдоль деревянных домов, крытых толем, прокладывая себе путь через невообразимое столпотворение фиджийцев и индусов, сидящих на корточках перед грудами очищенных ананасов, связками бананов или гроздьями крабов.

Сам по себе порт был крохотным. У пристани стояло три дряхлых посудины, грузившихся всяким причудливым хламом под недремлющим оком полицейского в кожаной каске.

Малко обратился к какому-то пожилому китайцу в пробковом шлеме, который дремал на ящиках, и спросил, не знает ли он "Принцессу Фиджи".

Час спустя, потеряв около полутора килограммов фиджийских ливров, розданных на чай, он еще ничего не знал. Никто не мог точно сказать, где сейчас "Принцесса Фиджи", когда она ушла из Сувы и когда вернется. Отупев от жары, люди с трудом заставляли себя разговаривать. Три посудины выполняли рейсы между Вити Леву и Вана Леву. И больше ничего в мире их не интересовало.