Господин Эдгар решил бы эту задачу в уме за три секунды. А мне пришлось долго думать, пока я не получил правильный ответ. Сидя на своем месте, я бы, конечно, быстрее вычислил эти секунды. Но когда я торчу у доски перед классом и все глядят на меня и ухмыляются, я чувствую себя последним тупицей и ничего не соображаю.

Другие уроки прошли не намного лучше. Так что я обрадовался, когда, наконец, прозвенел последний звонок и можно было идти домой. Но Роберт Штайнхойер вытащил из мусорного ящика, стоящего у дверей школы, пакет и нахлобучил его мне на голову.

При этом он кричал:

— Награждаю Макса дурацким колпаком! Глядите: Макс — король дураков!

Я буркнул:

— Оставь меня в покое, балбес! — И попробовал стащить колпак с головы.

Но мой обидчик крепко держал его двумя руками. Кое-кто из ребят засмеялся, однако большинство, как и я, сочли его поступок подлым. Только не решались это показать, потому что Роберт — первый силач в нашем классе и никто не хочет с ним связываться.

Но Мориц Брандауэр, самый слабенький среди нас, заявил:

— Эй, Роберт, все уже досыта насмотрелись на это зрелище. Не смешно. Брось пакет в урну.

Роберт отстал от меня, и я помчался домой.

Папы дома не было. Но стол был накрыт: на нем стояли две тарелки — одна со спагетти, другая — с мясным соусом. А перед ними лежала записка: «Привет, Макс! К сожалению, мне пришлось уйти!!! Срочный звонок от доктора Шеля!!! Нужно доставить лекарство его больному! Приятного аппетита!!! Твой папа».

Папа любит восклицательные знаки и часто ставит их по три штуки в таких местах, где вполне хватило бы точки.

От спагетти еще шёл пар. Папа, наверное, только что был дома. Так что я первым делом пообедал. В одиночестве. На десерт ничего не было. «Такой уж выдался денёк», — подумал я.