Смесь может храниться в течение месяца.

Прилагаю конверт с адресом и маркой.

С т е л л а Р о у д , у р о ж д е н н а я Г л а с т о н .

Кстати, уберечь от ржавчины проволочную губку можно,поместив ее в банку с мыльной водой. Разрешается ли участникам конкурса вносить по два предложения? Если да, то считайте, пожалуйста, это моим вторым.

– Она заняла первое место,– заметила мисс Бримли. – Но не в том дело. А вот в чем, Джордж. Она из Гластонов, а Гластоны – подписчики «Голоса» с самого дня основания. Дед Стеллы был старый Руфус Гластон, один из ланкаширских королей фаянса, он и отец Джона Лэндсбери выстроили церкви и молельни почти в каждой деревне в Ланкашире и других центральных графствах. Когда Руфус умер, «Голос» выпустил посвященный ему номер, и сам старик Лэндсбери написал некролог. Сэмюель Гластон перенял дело отца, но ему пришлось позднее переехать на юг в связи с ухудшившимся здоровьем. Впоследствии он поселился близ Борнмута. Он вдовец, Стелла его единственная дочь, последняя из Гластонов. Все они насквозь земные и практичные, и Стелла вряд ли исключение. Не думаю, чтобы кто-либо из них был подвержен мании преследования.

– Дорогая моя Брим, но это непостижимо,– сказал Смайли, глядя на нее удивленно. – Откуда у вас все эти сведения?

Мисс Бримли улыбнулась, как бы извиняясь.

– Это нетрудно – ведь Гластоны плоть от плоти «Голоса». Они поздравляют нас на рождество, а в годовщину основания шлют нам коробки шоколада. У нас имеется примерно пятьсот семейств, составляющих то, что я называю нашим кланом. Они неизменная наша поддержка ссамого начала и по сей день. Они пишут нам, Джордж, делятся с нами своими печалями, сообщают о женитьбах, переездах, об уходе на покой, пишут нам, когда они в болезни, в гневе, в унынии. Не часто, разумеется, но пишут.

– Но как вы все это удерживаете в памяти?