Подобное заявление не могло остаться без ответа. Том, ведущий передачу, наклонился вперед, переводя взгляд с камеры на собеседника.

– Но обрати внимание, Джон, он ведь не политический деятель. У него нет ни политической полготовки, ни опыта в этой области. Райан всего лишь специалист по национальной безопасности, причем в такое время, когда национальная безопасность уже не является сколь-нибудь важной проблемой, – произнес он, делая вид, что изрекает нечто весьма значительное.

Комментатору удалось удержаться от ответа, которого заслуживало подобное заявление, однако это сделал один из телезрителей.

– Ну разумеется, – язвительно произнес Чавез, – а этот самолет, который только что врезался в здание Капитолия и до основания разрушил его, был всего лишь авиалайнером компании «Дельта», сбившимся с курса. Боже мой! – Он презрительно покачал головой.

– Да, Динг, мой мальчик, мы служим великой стране. Где еще человеку платят пять миллионов в год лишь за то, что он говорит глупости по телевидению? – Джон Кларк решил допить свое пиво. Бессмысленно ехать в Вашингтон. Лучше подождать звонка Мэри-Пэт. В конце концов, он рядовой служащий, а сейчас одни лишь высшие чины ЦРУ пытаются разобраться в происшедшем и рвут на себе волосы, да еще как. Вряд ли они выяснят что-то, но в такие моменты никогда не удается добиться чего-то важного, разве что создать впечатление, что стараешься понять, что произошло и найти виновника. А рядовые служащие тем временем сидят и наблюдают за тем, насколько дееспособно их руководство.

Поскольку показывать зрителям было нечего, телекомпания снова повторила запись выступления президента Дарлинга. Телевизионные камеры в зале заседаний Конгресса контролировались системой дистанционного управления, и операторы в студии то и дело останавливали пленку, показывая отдельными кадрами государственных деятелей, сидящих в первых рядах.