- Джейран? Найда? Терентий? - переспросил отец. И сказал: - Едем!

Возвращались на машине. По самой середине дороги пролетали мимо сырых дувалов, мимо набухших талов и таинственных вишен с тонкими прутиками-рожками. Скорее, скорее домой!

Папа прогнал Терентия. Когда мама пришла с работы, она сказала:

- И правильно сделал!

9

Дружка скоро поправился.

Больше всех он привязался к бабушке. Брал хлеб у неё из рук. Ножка зажила, и повязку сняли.

Митя принёс из кухни щепотку соли на ладони и протянул Дружке.

- На, - сказал он, - ешь, Дружка!

И Дружка слизывал соль с ладони Мити.

Так они подружились.

Найда подошла к Мите и, чего никогда прежде не было, подала ему лапу.

10

Приближалась настоящая весна, с горячими днями и чистым небом. Дувалы просохли, и деревья зазеленели.

Хасан сидел на глиняном айване в глубине двора и пел песню. Он длинно тянул окончания слов. Митя присел рядом с ним. Он не мог разобрать слов странной песни. Хасан был старше Мити и уже учился в школе.

- Что ты поёшь? - спросил Митя.

- Так, - ответил Хасан. - Это старая песня. Отец сказал: джейрана весной надо в степь отпустить...

И Хасан снова запел. Митя молчал. Ему не хотелось говорить об этом. И он снова спросил:

- Что ты поёшь? Расскажи...

- Это песня такая, - ответил Хасан. - Я не умею рассказывать. Там говорится про журавля. Ой-ой-ой, прилетел журавль. Я возьму камышинку, сделаю дудочку и буду петь: прилетел журавль. Я пойду к реке на остров и буду петь о том, что прилетел журавль. Где он был зимой, я не знаю, а теперь он вернулся к нам. Пой, моя дудочка, пой! Нравится тебе?

- Это же не песня, а просто так ты рассказал.

- Ну, я спою ещё раз, хочешь?

- Спой...

Хасан снова запел. А Митя представлял себе, как прилетел журавль куда-то на остров и где он был зимой. Мите было грустно, а песня была весёлая. Хасан растягивал окончания слов.