— Ходу!
Взревел двигатель, и мы, не дожидаясь, пока конвойные нас нагонят, вихрем смылись с парковки. Промчались по двухрядной дороге, свернули за поворот, миновали стройные ряды сосновых посадок. Впереди на многие мили расстилались сушь да степь. Чип отодвинул заслонку и спросил:
— Что там случилось?
— А черт его разберет.
На самом деле я слукавил — просто боялся взглянуть правде в глаза. А правда состояла в том, что на меня «наехал» покойник.
Глава 3
Чип мчал на восток, в сторону Таллахасси. Я то и дело оборачивался, высматривая слежку, — все чисто, «хвоста» нет.
Мы влились в густой поток транспорта, я вскрыл конверт и развернул письмо от Барбары. На бумаге стоял штемпель «Альбери-Бич-клаб», небольшого гостиничного комплекса на одном из Багамских островов, Харбор-Айленде. Это было первое место, куда мы с Барбарой выехали вдвоем. Мечта, а не отдых. С тех пор наведывались сюда еще несколько раз и уже считали его «своим». Расписалась моя любовь на целых три страницы, внизу стояла дата: среда, седьмое августа — то есть позавчера. Вот они, ее старательные каракули, почерк прилежной школьницы. Барбара росла в Англии, у них там все немного отличается, в том числе и правописание — непременно нужно ставить черточку поперек семерок и Z. Сразу видна рука англичанки.
«Дорогой Зак,
— начиналось письмо. —
Прости, что сама тебя не встретила, как-то все разом навалилось. Я наняла крайне неудачного фотографа. Так вот, пришлось уволить его и самой срочно лететь сюда, на Харбор-Айленд. У нас съемки для январского выпуска, так что завалить их никак нельзя — кровь из носу, а сделай. Ты меня простишь?»
Ну конечно, любимая. Этой женщине я готов простить что угодно — она не оставила меня в самую трудную минуту, когда остальные отвернулись.