Напряжение разрядил Бенес:

— Рекламная пауза, — усмехнулся он.

Кардинал продемонстрировал статую.

— Это Nuestra Senora de la Montana,

Перочинным ножом кардинал проделал дыру в основании статуи. Белый порошок посыпался на газетный лист, который держал священник. Включились камеры.

— Я не скажу, на каком острове была обнаружена эта статуя, но лишь добавлю, что вместе с ней были найдены еще два десятка. Все они уничтожены, — сказал кардинал.

Когда струйка кокаина иссякла, вашингтонец припугнул:

— Боюсь, что об этом вас поставит в известность ваше начальство, капитан.

Мой друг Энди пытался скрыть презрительное выражение.

— У начальства есть мой номер телефона, вашингтонец. Кардинал — наша забота.

Сначала площадку покинули камеры, затем репортеры и следом под усиленной охраной — фургоны DEA. Появились две местные патрульные машины и два-три мотоцикла.

Когда я подошел, кардинал оживленно разговаривал со священниками.

— С возвращением, Рико, — сказал я. Мы обнялись по-латиноамерикански.

Познакомились мы более десяти лет тому назад, в пору, когда я был еще молодым полицейским, которому неожиданно поручили сопровождать фотогеничного и смелого епископа, уже наделавшего шуму на Карибах.

— Это еще почему? — спросил я тогда в участке, наблюдая за бурлившей автомагистралью Майами. Впрочем, я знал ответ. Я был молодой и самоуверенный, совсем зеленый сержант, зато сообразительный и к тому же отличный полицейский с хорошими перспективами.

— Ты ведь говоришь по-испански? — ответил начальник полиции.

— Все говорят.

— Католик?

— Не так чтоб очень.

— Тогда можешь с ним не молиться. Просто следи, чтобы он не попадал в передряги.

— Да тут вечно слоняются какие-нибудь важные шишки. Что в этом парне такого особенного? Он всего лишь епископ.