Гремящий из окон лимузина любимый мотив полковника Викорна из «Полета валькирий» дал знать о его приближении. Я вышел на улицу и наблюдал, как водитель, открыв заднюю дверцу, только что не вытягивал его из машины. На Викорне был красивый спортивный пиджак от Зеньи, желтовато-коричневые, в рубчик брюки от Эдди Монетти и его обычные панорамные солнечные очки «Уэйфарэр», как водится — все оригинальное.
Водитель закинул руку полковника себе на шею и, сделав ко мне шаг, процедил:
— Будь он неладен, этот субботний вечер, — и при этом сверкнул глазами так, словно во всем виноват был я. (В Восьмом районе по субботам стараются не приступать к расследованиям даже серьезных преступлений.) Буддийская стезя сходна с христианской в том, что временами невесть откуда на наши плечи валится чужая карма.
— Ясное дело. — Я посторонился. Полковник на модный манер, хотя и кривовато, поднял очки на лоб и туманным взглядом покосился на меня.
По периметру дальней стены клуба были устроены отдельные кабинеты с мягкими скамьями. Водитель сгрузил полковника на одну из них, я принес из холодильника бутылку минеральной воды, и Викорн выпил ее в несколько глотков. Я с облегчением заметил, как его честные немигающие глаза засветились хитростью грызуна, и пересказал все сначала, а мать при этом вставляла меркантильные замечания («За месяц Чанья принесла нам больше, чем все остальные девушки, вместе взятые» и т. п.). Судя по всему, в голове полковника уже сложился план, как максимально расширить пространство для маневра, чтобы вернее выйти сухим из воды.