— Адам, «Контора» подтвердила вашего человека, — раздался взволнованный голос Алана Холси. — Мохаммед аль-Талил, уроженец Саудовской Аравии, с тысяча девятьсот девяноста третьего года гражданин США. Объявлен в международный розыск в связи со взрывом автомобиля в Лондоне в девяносто шестом и жилого комплекса «Хобар-тауэрс» в том же году, а также в связи с убийством двух русских физиков-ядерщиков в Дамаске в девяносто седьмом. Забавно, по нашим сведениям, он утонул при крушении парома на озере Виктория в Кении в девяносто девятом году.

— Значит, в магазин только что зашел его призрак.

— Наш клиент. Задержите его.

Чапел бросил взгляд на входную дверь магазина, затем на толпы туристов, запрудивших тротуары.

— Не сейчас, — возразил он. — Давайте посмотрим, куда он понесет деньги.

— А если упустим? — не согласился Холси. — Нельзя так рисковать. Мы силовая структура, и нам платят за то, чтобы мы арестовывали плохих парней. А у вас под боком, считай что в ловушке, очень крупный игрок. Я сказал, возьмите его.

Приказ был не по душе Чапелу. Но он подумал про «Хобар-тауэрс» в Саудовской Аравии, где начиненный взрывчаткой грузовик унес жизни девятнадцати американских солдат и еще несколько сотен ранил, и про теракт в Лондоне, и про убийство русских. Ему совсем не хотелось, чтобы Талил избежал заслуженного возмездия. Тот еще фрукт этот Талил.

— А как дела у Гленденнинга?

— Завершил операцию на том конце цепочки. Все, хватит, делай, как я говорю.

— Вы того взяли?

— Адам, делай, как я…

— Взяли?

— Нет, никого не взяли, — признался Холси.

Чапел еле сдержал разочарование. Вот это обидно. Особенно после того, как он столько горбатился, чтобы распутать клубок подпольной исламской платежной системы. А в Штатах проследил движение всех сколько-нибудь подозрительных средств, выделенных якобы на благотворительность.