Все шло гладко, Натан легко подбирал нужные ключи. Приоткрыв входную дверь, он огляделся – нет ли поблизости полицейского или воспитателя. Удача все еще была на его стороне. Он выскользнул на улицу, запер дверь и швырнул ключи в кусты. Перед ним была лужайка, дальше – небольшой холм, а за ними – свобода.

На мгновение остановившись на вершине холма, Натан посмотрел на ИЦП. Снаружи здание, окруженное ухоженными кустами и клумбами, выглядело вполне дружелюбно, но за его стенами скрывалось царство ненависти. Натан поклялся, что никогда больше не даст упрятать себя сюда.

– И я побежал, – закончил Натан.

– С тобой все в порядке? – спросила Дэниз с искренним участием в голосе.

– Думаю, да. У меня болит глаз и заложено ухо, но в остальном все хорошо.

– Как ты думаешь, почему воспитатель хотел убить тебя? – Рассказ Натана звучал невероятно, но Дэниз поверила ему.

– Думаю, он свихнулся. Он был пьян. Взрослые всегда такие, когда напьются.

– Какие взрослые? – закинула удочку Дэниз, почувствовав, что могут всплыть новые подробности. – Твой отец, например?

– Нет, – пылко возразил Натан. – Мой отец был очень хорошим. Он никогда не пил и в жизни никого пальцем не тронул. Он был замечательным человеком.

– Так тебя били в детстве? – спросила Дэниз.

– Я не хочу об этом говорить.

– Почему? Неплохо было бы рассказать людям, через что ты прошел.

– Ерунда. Люди хотят думать, что все семьи похожи на те, которые показывают в рекламе. Если я скажу им, что это не так, они мне просто не поверят. Они могут ругаться, орать на своих детей, бить их, и им все сойдет с рук, если ребенок будет молчать. А если он попробует дать сдачи или убежать, его назовут неисправимым и посадят за решетку.

– Тебя так и посадили? Ты дал сдачи?

Натан вспомнил о драках и избиениях в доме дяди Марка. Может, стоит рассказать ей обо всем, подумал он.