— Какого хрена ты это устроил?!

Он уставился на чернокожего и на «СИГ», который сейчас изменил положение и сместился к центру его груди. В лице Тома что-то изменилось, огонек проснувшегося страха быстро уступил место природной агрессивности.

— А что, какие-то проблемы, что-то не так? — поинтересовался Луис.

— У меня проблемы.

Это произнес мужчина с ножом на поясе, почувствовавший себя увереннее ускользнув из-под прицела. У него странные, словно размытые черты лица: слабый подбородок переходит в худую шею, в глубоких глазницах схоронились голубые глазки, а скулы выглядят так, словно когда-то были сломаны, а потом выровнены. Эти тусклые глаза безучастно смотрят на ниггера, а руки остаются поднятыми — подальше от ножа, но все же довольно близко. Было бы неплохо лишить его этого ножа. Человек, который носит нож таким образом, весьма ловко с ним обращается. Один из двух пистолетов в руках Эйнджела описал дугу в воздухе и уставился на мужчину.

— Расстегни пояс, — приказал Луис.

Немного помедлив, мужчина повиновался.

— Теперь вытащи его.

Он схватил нож и потащил. Ремень расстегнулся, ножны освободились, и нож выпал на пол.

— Вот так лучше.

— У меня все равно проблема.

— Жаль это слышать, — ответил Луис. — Ты Уиллард Хоаг?

Бесцветные глаза ничего не отразили. Не мигая, они смотрели на вопрошавшего.

— Я тебя знаю?

— Нет, меня ты не знаешь.

Что-то мелькнуло в глазах Уилларда:

— Вы ниггеры для меня все на одно лицо.

— Я в тебе не ошибся. Человек за твоей спиной — Клайд Бенсон. А ты, — «СИГ» сместился в сторону бармена, — ты Малыш Том Радж.

Лицо Тома стало багровым не только от жара горящей жидкости. В нем самом бушевало пламя. Оно билось в его трясущихся губах, в сжимающихся и разжимающихся пальцах. От этого татуировка на руках хозяина забегаловки двигалась, будто кто-то размахивал знаменем со словом «Кэтлин».