Они продвинулись к началу очереди. О'Киф достал из-под сиденья накладную с логотипом садоводческой фирмы. Полицейский подошел к ним.

– Доброе утро, сэр. Будьте добры, сообщите, куда вы направляетесь.

О'Киф предъявил ему накладную.

– В Катэй-тауэр. Мы там на крыше сад разбиваем.

Полицейский дал им знак ехать и направился к следующему автомобилю.

Как они и рассчитывали, проблем со въездом не возникло. Фургон был зарегистрирован на садоводческую фирму, с документами все в полном порядке. Водительские права Куинна тоже подозрений не вызывали, хотя имя и адрес были указаны не его.

Главный вход в Катэй-тауэр был с Куин-Энн-стрит, а въезд на автостоянку – с противоположной стороны, с переулка. О'Киф показал охраннику пропуск. Как и документы на машину, он был подлинный. Офис арендовали три месяца назад, и по договору съемщикам полагалось три места на стоянке. Находились они на втором ярусе подземного гаража, куда Куинн и завел фургон.

Они выгрузили часть мешков с селитрой на тележку и на служебном лифте поднялись на девятый этаж. Двери лифта выходили в коридор, который вел к главному вестибюлю с пассажирскими лифтами. В вестибюле была дверь в уборные, там же начинался еще один коридор, шедший по периметру здания. Весь этаж был арендован некой брокерской конторой, деньги за аренду переводились с Каймановых островов.

О'Киф пошел в офис, Куинн с тележкой – за ним. Белые вертикальные жалюзи закрывали огромные, от пола до потолка окна, выходившие на «Нэшнл Вестминстер банк».

В углу уже лежало восемнадцать мешков с селитрой. Двое мужчин разгружали очередную тележку.

– Правда, странно, что по всей стране садоводы именно этим посыпают лужайки, а? – сказал, глядя на мешки, Куинн. – Обычное удобрение. А добавь того-сего, и… бабах!

– Бабах? Ты когда-нибудь слышал, как взрывается двухтонная бомба?

Куинн покачал головой.

– Ты уж мне поверь, это воздушный шарик, когда лопнет, бабахает. Бомбы, тем более такие здоровые, не бабахают.