Я прошел отбор.

После первого этапа начинается четырехмесячная подготовка, включающая горячие деньки в джунглях Азии. Последним серьезным испытанием является тест на выживание в боевой обстановке. На протяжении двух недель нас учили искусству выживания, после чего отправили к врачу. Тот пошерудил у каждого пальцем в заднице, ища, нет ли там батончика «Марс», после чего нас выпустили в Черных горах в гимнастерке и бриджах времен Второй мировой войны, с шинелью без пуговиц и в ботинках без шнурков. Охотилась за нами рота гвардейцев на вертолетах. Каждому солдату за поимку одного из нас был обещан двухнедельный отпуск.

Я провел в бегах двое суток в обществе трех «старичков» — двух летчиков военно-морской авиации и техника Королевских ВВС. Нам нужно было держаться всем вместе, и я проклинал судьбу, таская за собой эту жуткую троицу неподъемных гирь. Для них исход охоты не имел значения; после трехнедельных сборов они возвращались домой, к горячему чаю и медалям. Но если кандидат в SAS не проходил тест на выживание, его заворачивали.

Мы отдыхали в одной из контрольных точек, и двое дежуривших заснули. Как снег на голову на нас свалился вертолет, набитый гвардейцами, и нам пришлось спасаться бегством. После непродолжительной погони нас схватили и доставили в лагерь.

Несколько часов спустя, когда я стоял на коленях, с моих глаз сняли повязку, и я увидел перед собой старшину, руководившего учебой.

— Мне можно собирать вещи? — жалобно спросил я.

— Нет, болван. Забирайся обратно в вертолет и на этот раз не оплошай.

Мне повезло. Старшина был в хорошем настроении. Сам в прошлом служивший в Королевской гвардейской дивизии, он был доволен слаженными действиями своих бывших сослуживцев.

Следующий этап зависел исключительно от меня одного, что меня полностью устраивало.