Она тогда писала серию статей о медсестрах, которые трудятся в детском кардиоцентре при больнице Дюпона в Уилмингтоне. Уилл оказался в блоке интенсивной терапии кардиоцентра после того, как у него обнаружили врожденный порок — дефект межжелудочковой перегородки. При таком пороке, грубо говоря, остается отверстие между левым и правым желудочками сердца, и потому кровообращение нарушается. Все это Элен потом узнала от врачей.

Уилл лежал в углу просторной палаты, ярко освещенной солнцем. Крошечный малыш в одном подгузнике лежал на большой больничной кровати, к которой, чтобы он не выпал, пристегнули высокие белые бортики. Для своего возраста Уилл казался очень маленьким. Он плохо рос. Голова на тонкой шейке казалась просто огромной. Элен сразу обратила внимание на его большие голубые глаза. Малыш очень внимательно рассматривал все вокруг себя, кроме людей. Он никому не смотрел в глаза. Позже Элен прочитала, что это признак заброшенности. Во всем отделении только в его кроватке не было ни мягких игрушек, ни пластмассовых погремушек, прикрепленных к бортикам.

Когда Элен впервые увидела Уилла, малышу только что сделали одну операцию на сердце и готовили к следующей. Во время первой операции отверстие между желудочками сшили лавсановой нитью. В ходе второй операции предстояло зашить разошедшийся шовчик. Малыш лежал молча, не плакал, не хныкал. Его кровать окружали мониторы, которые передавали на сестринский пост основные показатели состояния его крошечного организма — пульс, дыхание, температуру, давление. Показатели выражались в мерцающих красных, зеленых и синих цифрах. В него воткнули столько трубок, что он казался привязанным к кроватке. К носу были приклеены пластырем, чтобы не отлепились, две трубки. Одна — с кислородом, другая — с физраствором. Из груди торчала неуклюжая конструкция, с помощью которой из грудной полости отсасывалась лишняя жидкость. В вену входила игла из капельницы. Посередине трубку приклеили пластырем к бортику кровати, а выше закрыли половинкой одноразовой чашки, чтобы ребенок не вздумал вырвать капельницу из вены. Но Уилл, в отличие от остальных младенцев, даже и не пытался освободиться.