— Негр помолчал, постарался внимательно посмотреть на бигля, не смог и пробормотал, обняв клетку, и почти засыпая:

— I know exactly the only thing: you're ace at fucking… I've seen it many times…

— All animals are equal but some are more equal than others,

Рев двигателей в багажном отсеке был нестерпим для собачьих ушей и бигли в замешательстве постоянно трясли головами, стараясь избавиться от него… А на Фрэта шум Боинга не действовал: он дремал, положив лобастую голову на передние лапы, изредка переглядываясь с полюбившейся недавно Лорен, необычайно красивой и подвижной, с черно-бело-коричневой шерстью и изысканным хвостом, приводящим его в восторг, которая не скрывала своих симпатий и периодически неслышно повизгивала, стараясь привлечь внимание… Но Фрэт не реагировал на призывы и все глубже погружался в хорошо знакомый прошлый мир, в котором был то беспризорным псом в грязном лондонском предместьи времен Генриха VII, что ошивался целыми днями в трактире молодухи Дебби «Early Bird»,

Фрэт поднял голову, чтоб взглянуть на Лорен, и очутился внезапно в незнакомом подвале, душном и влажном от постоянно текущих труб, с низкими сводами, без окон и таким огромным, что закраины тонули в полумраке, и полчищами крыс, притаившихся за стенами и под бетонным полом, которые с появлением бигля насторожились и прильнули к щелям, привычно готовясь к учебной тревоге…

Знакомо пахло эфиром, йодом и работающим электрокоагулятором, прижигающим ткани…Фрэт глубоко втянул в себя воздух, ударивший в ноздри отчаянием и болью, страхом и давними человеческими испражнениями, и совершенно неожиданными запахами дорого табака и одеколона, и посмотрел по сторонам: у дальней стены возле открытой настежь металлической двери в две створки стояли трое в вечерних костюмах, наголо обритых, с наушниками радиосвязи и неуместными уличными башмаками коричневого цвета со шнурками. Они негромко переговаривались, посмеиваясь и поглядывая на изможденную молодую женщину