– Вараш собирается у премьер-министра в пять часов.

«Вараш» на иврите означало «Комитет начальников служб». В него входили: генеральный директор ШАБАКа, внутренней службы безопасности; командующий АМАНом, военной разведкой; и конечно, начальник израильской разведки, которую именовали Службой. Шамрон, по уставу и по репутации, имел постоянное место за этим столом.

– А пока, – сказала Тамара, – он хочет, чтобы вы пришли к нему с докладом через двадцать минут.

– Скажи ему, что лучше будет через полчаса.

– Если хотите докладывать через полчаса, сами ему об этом и скажите.

Шамрон сел за свой стол и, взяв в руку пульт, провел пять минут, пытаясь найти как можно больше подробностей, сообщаемых средствами мировой телесвязи. Затем он взял телефонную трубку и сделал три звонка: один – в итальянское посольство своему старому контактеру по имени Томмазо Нальди; второй – израильскому министру иностранных дел, находившемуся недалеко от него на бульваре Ицхака Рабина; и третий – в штаб-квартиру Службы на бульваре Царя Саула.

– Он сейчас не может с вами говорить, – сказала секретарша Льва.

Шамрон ожидал такой реакции с ее стороны. Легче было пройти через военный блокпост, чем через секретаршу Льва.

– Свяжите меня с ним, – сказал Шамрон, – или следующий звонок будет вам от премьер-министра.

Лев заставил Шамрона ждать пять минут.

– Что вам известно? – спросил Шамрон.

– По правде? Ничего.

– У нас еще осталась в Риме резидентура?

– И говорить не о чем, – сказал Лев, – но у нас есть в Риме katsa. Познер уезжал в Неаполь по делам. Он только что звонил. Он едет сейчас назад в Рим.