– Для нее это все игра, – усмехнулась Салли. – А она не просила тебя позвонить мне в субботу и соврать? Ведь ты это самое и сделал.

Страйд почувствовал, что устал от скандальной парочки.

– Слушайте, вы, ребятки. Выясните без меня, кто с кем и когда целовался. Пропала девушка. Ваша приятельница. Мне еще придется объясняться с ее родителями, которые непременно спросят меня – вернется ли к ним их дочь или нет. Ясно? Думайте. Если у вас есть еще чего сообщить по делу – я вас слушаю. Напрягитесь и вспомните все, что происходило в прошедшую пятницу. Все, что Рейчел говорила и делала. Любая мелочь поможет нам выяснить, куда она ходила или ездила, когда и с кем могла встретиться.

Салли угрюмо молчала. Страйд задавался вопросом, не скрывает ли она что-нибудь? Девушка явно не собиралась с ним откровенничать.

– Понятия не имею, куда она подевалась и что с ней стряслось, – пробормотала она.

– Ну хорошо, – кивнул Страйд. – Пока. До связи.

Он еще раз бросил взгляд на раскинувшееся позади канала озеро, черное и бесформенное в вечерней мгле, но ничего там не увидел. И что он там ожидал увидеть? Оно было таким же пустым и обманчивым, как и его ощущения, внутренний мир. Протолкнувшись между подростками, он двинулся к стоянке и вновь ощутил это состояние, дежа-вю. Оно вызывало в нем уродливые воспоминания.

Глава 2

Четырнадцать месяцев миновало с того сырого августовского вечера, когда исчезла Керри Макграт. Страйд так часто восстанавливал в памяти ее последний день, что мог просматривать его как фильм. Он закрывал глаза и отчетливо видел ее лицо, до последней веснушки у губ, три тонкие золотые сережки-колечки в мочке левого уха. Он слышал смех Керри, такой же веселый, как и на видеокассете, отснятой в день ее рождения, просмотренной им не менее сотни раз. Образ, который он носил в себе, был настолько живым, что казалось, будто и сама она жива.