Не говоря ни слова, Крещенция крепко обняла внучек, а потом увезла их в свое венецианское палаццо.

— Ни о чем не беспокойтесь. Бабушка здесь, с вами. Все будет хорошо, — заверяла она девочек.

Афдера была обязана Крещенции всем, в том числе увлечением археологией, историей и древностями. Бабушка уговорила ее изучать историю в Оксфорде, а затем египетскую и библейскую археологию в Еврейском университете Иерусалима. Пользуясь темными связями, как обозначала Крещенция свои деловые контакты, ей удалось устроить Афдеру в музей Рокфеллера, который представлял собой штаб-квартиру Управления по делам древностей. По всей вероятности, бабушка рассчитывала что внучка после ее смерти станет во главе компании.

Афдера не знала, что одновременно с этим она унаследует бесценную тайну.

Венеция

После четырехчасового перелета, с пересадкой в Риме и неизбежной потерей чемодана, Афдера приземлилась в Венеции. В здании аэропорта Марко Поло она увидела Сэмпсона Хэмилтона, верного адвоката Крещенции, читавшего свежий номер «Файнэншл таймс».

— Привет, Сэм.

— О! Привет, Афдера. Я тебя не заметил. — Сэм сложил газету и подхватил чемоданчик, который девушка несла в руке. — А твой багаж? — с беспокойством спросил он.

— Потерян в небе над Италией. Надо попросить Розу позвонить в «Алиталию», чтобы его нашли.

После паузы Афдера поинтересовалась так, будто не хотела услышать ответ:

— Как бабушка?

— Ждет тебя.

Элегантный Сэмпсон Хэмилтон давно знал Крещенцию. Он изучал право в Базеле, крупном научном и культурном центре Швейцарии. Крещенция видела в нем превосходное, истинно швейцарское сочетание различных качеств. «Замечательная смесь! Космополитическая французская культура, прекрасное юридическое образование германского образца и чисто итальянское умение вращаться среди судей и антикваров», — говорила она об этом человеке. Хэмилтон бегло говорил по-немецки, по-итальянски и по-французски. Его английский также был безупречным — Сэмпсон имел магистерскую степень Гарвардского университета.