Они сели в «БМВ» и по виа Орланда направились к мосту Либерта. Афдера принялась расспрашивать Сэмпсона о здоровье бабушки и о том, почему все настолько срочно.

— Подожди немного. Узнаешь, когда поговоришь с ней. — По тону Хэмилтона девушка поняла, что он больше не скажет ни слова.

— А сестру ты видел?

— Да. Она все время сидит рядом с бабушкой. Ей тоже хочется, чтоб в это время ты была рядом, — сказал адвокат, не отрывая взгляда от дороги.

— Я знаю.

Хэмилтон обучался в иезуитском коллеже Марии Вспоможительницы, где его приучали подолгу хранить молчание. Строгие преподаватели надеялись, что эта привычка поможет ученикам встать на правильный путь. В итоге из Сэмпсона вышел отличный адвокат и идеальное доверенное лицо для Крещенции Брукс. Афдера знала, что больше ей ничего не удастся вытянуть из Хэмилтона.

При въезде на мост движение было плотным, машина двигалась медленно, так что Афдера развернула газету. На ее первой странице была напечатана фотография пятидесяти двух сотрудников американского посольства в Иране, выпущенных на свободу после длительного заключения. Через полчаса «БМВ» оказалась на мосту, связывающем Венецию с континентом.

— Я оставлю машину на пьяццале Тронкетто. Там ждет Франческо. Он отвезет нас к твоей бабушке, — сказал Хэмилтон.

Автомобиль замедлил ход, въезжая на маленький причал, расположенный за железнодорожным вокзалом и местом, отведенным для парковки туристических автобусов.

Адвокат с девушкой вышли из него и увидели, как к ним спешит Франческо, который тут же забрал из рук Хэмилтона чемоданчик. Этот человек поставлял Крещенции новости. Он знал обо всем, что происходило в Венеции. Госпожа Брукс любила за завтраком послушать сплетни, ходившие по городу.