Кто-то просеивал и отбирал сообщения об обнаруженных на территории Шотландии свежих трупах, кто-то работал с приемными отделениями больниц. Кроме того, нужно было проверить городские фирмы по найму такси и прокату автомобилей. Все это требовало значительных усилий и времени и составляло, так сказать, оболочку расследования. Одновременно собиралась конфиденциальная информация с ближайших родственниках и друзьях БВП. Ребус, однако, сомневался, что эта работа что-нибудь даст. Только не в этот раз.

Наконец Билл Прайд закончил инструктировать собравшихся вокруг него детективов, и они один за другим стали расходиться. Прайд заметил Ребуса и подмигнул, потом потер лоб и подошел.

– Будь осторожен, – предупредил Ребус. – Сам знаешь – безграничная власть развращает, и все такое…

– Извини, – сказал Прайд, понижая голос, – но от этой работы я действительно получаю удовольствие.

– Это потому, что у тебя получается, Билл. Жаль, что шишкам из Большого Дома понадобилось двадцать лет, чтобы это понять.

Прайд кивнул:

– Ходят слухи, будто не так давно ты отказался от должности старшего инспектора?

Ребус фыркнул.

– Слухи, Билл, – это одно сотрясение воздуха. Вспомни альбом «Флитвуд Мак».

Кругом царила суета: сотрудники приступали к выполнению полученного задания. Кто-то застегивал плащ, кто-то рылся в столе в поисках ключей, ручки или блокнота. Остальные, напротив, скидывали пиджаки, закатывали рукава и садились за компьютеры и телефоны. Из какого-то загашника исторглось несколько новых кресел – бледно-голубых вращающихся офисных кресел на роликах. Те, кому удалось завладеть этим сокровищем, бдительно охраняли его от посягательств коллег; даже когда служебный долг требовал достать какой-то документ из картотеки у дальней стены, обладатель новенького кресла катился туда, ловко отталкиваясь ногами от пола.

– Мы прекратили пасти нашего бойфренда, – сообщил Прайд. – Приказ новой начальницы.