— Идем. Идем отсюда.

— Не хочешь дождаться полуночи? Осталось недолго.

— Поднимем тост вдвоем — только ты и я. Но не здесь.

Его друг указал на компанию молодых людей, а точнее, на одну красивую девушку:

— А как же Анна… Оставишь ее в одиночестве?

Глаза Джакомо весело блеснули.

— Тебе кажется, она тут в одиночестве? Или ты сам хотел бы остаться и поразвлекать ее?

Друзья улыбнулись. Оба сразу же вспомнили один забавный случай — столкновение именно из-за Анны. Случай не такой уж давний, но уже позабытый обоими.

Джакомо поставил бутылку в угол, где ее никто не мог опрокинуть.

— Нужно попрощаться с избранным обществом… так, чтобы оно запомнило.

В черных глазах Яирама сверкнуло понимание.

— Такой отличный праздник заслуживает искренней благодарности.

— Все плохое, что было в прошлом году, надо уничтожить, — эхом отозвался Джакомо. — Тогда придет удача. А наши олухи и не знают об этом славном обычае.

И тотчас, не как попало, а спокойно и сосредоточенно, казалось, уже отработанными приемами, они принялись расшвыривать стулья, сбрасывать на пол бокалы, подносы и все, что попадалось под руку.

Глядя на этих молодых людей, с презрительно-любезным видом учиняющих погром, никто не решился реагировать, никто не попытался остановить их. Только Анна бросилась было к ним, но замерла и опустила голову: эти двое не переставали изумлять ее, и где-то в глубине души их выходки встречали у нее сочувствие.

Внезапно оба прекратили буйство, демонстрируя всем, что отнюдь не пьяны, подхватили свою бутылку, вежливыми поклонами, словно актеры после спектакля, поблагодарили публику и покинули дворец Гиберти.

Когда в домах и на улицах с наступлением полуночи послышались взрывы хлопушек и громкие крики, друзья, остановившись у колонны в одном из портиков, откупорили шампанское и большими глотками опустошили бутылку. А потом отправились бродить по центру города. Ночь была теплой, а свежий ветерок, дувший на перекрестках, не мешал спокойной прогулке.