Я поспешно беру назад свое недавнее желание очутиться с ней рядом. Пусть уходит, откуда пришла!

— О, БОЖЕ, Лондон, нет, ну в самом деле! ГДЕ ты взяла эту футболку? И скажи мне на милость, где твои штаны?

— Тише, Джейми, на нас смотрят, — лепечу я, притягивая ее поближе к себе, как будто это может заставить мою лучшую подругу замолчать. Меня обдает запахом духов, которые Джейми будет носить всю свою жизнь. В тот же миг мне становится немного грустно и стыдно за то, что я хотела ее прогнать.

Но тут Джейми снова начинает орать.

— Еще бы они не смотрели! Ты же ходячая модная катастрофа!

Теперь она хохочет, и толпа понимает, что ей тут нечем поживиться. Оказывается, здесь всего лишь одна подружка весело подтрунивает над другой, а вовсе не разыгрывается акт социального унижения вражеского стиля одежды (что, разумеется, было бы намного интереснее), поэтому все зрители (спасибо им огромное) возвращаются к обсуждению планов прогулять уроки.

— Толстовочка мне нравится, хотя она тебе великовата. Но неужели нельзя было хотя бы застегнуть ее, чтобы спрятать эту кошмарную футболку? — продолжала Джейми, не сводя с меня глаз. — И потом, сколько можно… Ого! Ну, приветик!

Вот дерьмо. Она его заметила.

Джейми еще теснее прижимается ко мне — теперь мы держимся за руки — и игриво спрашивает:

— Значит, это ты спас мою Лондон от переохлаждения?

— Да, это моя толстовка, если ты об этом, — отвечает Люк, и блеск в его глазах заметно тускнеет. Он отворачивается и скользит взглядом по толпе, словно ему наскучило находиться там, где он находится.

Джейми не привыкла к отворачивающимся мальчикам, и, принимая во внимание ее обтягивающий топ, я тоже искренне удивлена равнодушием Люка. Джейми слегка меняет позу, выставляет вперед бедро и продолжает беседу.

— Как мило с твоей стороны. А теперь скажи-ка, кто ты такой? Я тебя никогда раньше не видела, а я здесь всех знаю.