– К несчастью, – сказала я, – плюс, думаю, что убийца – человек. Я думаю, что это кто-то, к кому мы были близко. Это, в общем, самое обычное хорошо спланированное преднамеренное убийство, кроме того, что жертва была вампиром.

– Только ты можешь заставить убийство хорошо охраняемого вампира звучать обычно, – сказал Ларри.

Я невольно улыбнулась.

– Наверняка.

Запищал пейджер, и я подскочила на месте. Стащив проклятую штуку с пояса юбки, я посмотрела на номер и нахмурилась.

– Что случилось? Это полиция?

– Нет. Не узнаю номер.

– Ты же не даешь свой номер кому попало.

– Сама знаю.

– Эй, не злись на меня.

Я вздохнула:

– Прости.

Ларри постепенно снижал мою агрессивность. По сути, он учил меня быть лучше. Кому-нибудь другому я бы уже давно оторвала голову. Но у Ларри получалось нажимать на меня в нужных местах. Он мог попросить меня быть полюбезнее, и остаться в живых. Основа любых удачных отношений.

Мы подъехали к квартире Ларри. Я засунула его в постель, и отправилась звонить. Если это не полиция или не поднятие зомби, я собиралась надрать кому-то задницу. Ненавижу, когда мне кидают сообщение на пейджер, если это не важно. Для этого и нужны пейджеры, правильно? И если это что-то незначительное, то я собиралась оторваться на этом человеке по полной программе. Так как Ларри уснул, я могла быть такой противной, какой мне хотелось. Это было почти облегчение.

3

Когда Ларри благодаря снотворному безвозвратно устроился в постели и заснул так крепко, что даже землетрясение вряд ли бы его разбудило, я набрала номер. Я так и не придумала, кто бы это мог быть, что меня слегка тревожило. Это было не просто неудобно, а раздражало. Кто раздает направо и налево мои личные данные, и главное – зачем?

После первого же гудка взяли трубку. Голос на том конце был мужской, мягкий и пропитанный паникой:

– Алло! Алло!