Я сжала трубку и заставила себя звучать спокойно и уверенно:

– Стивен под моей защитой, Зейн. Ты меня понял?

– И что ты сделаешь, чтобы защитить своего ручного волчонка, Анита?

– Тебе бы не хотелось узнать, Зейн. Действительно не хотелось бы.

Он понизил голос до почти болезненного свистящего шепота:

– Ты бы убила меня, чтобы он был в безопасности?

Обычно мне надо хотя бы раз встретить лично того, кому я обещаю его убить, но в этот раз я была близка к тому, чтобы сделать исключение.

– Ага.

Он рассмеялся, низко и нервно.

– Теперь понимаю, почему ты нравилась Габриелю. Такая крутая, такая самоуверенная. Така-а-а-я опас-с-с-ная…

– Ты звучишь, как плохая пародия на Габриеля.

Он издал звук, что-то среднее между кошачьим шипением и выдохом.

– Не надо было Стивену вмешиваться.

– Натаниель его друг.

– Я единственный друг, который ему нужен.

– Не думаю.

– Я забираю Натаниеля с собой, Анита. И если Стивен попробует мне помешать, я ему сделаю больно.

– Сделаешь больно Стивену – и я сделаю очень больно тебе.

– Да будет так, – и он повесил трубку.

М-м-мать! Я побежала к джипу. Я была в тридцати минутах от больницы, в двадцати – если хорошенько гнать. Двадцать минут. Стивен не был доминантом. Он был жертвой. Но так же он был очень верным. Если он решил, что не отпустит Натаниеля с Зейном, то сделает для этого все. Драться он не будет, но вполне может броситься под колеса машины Зейна. А я не сомневаюсь, что Зейн проедет прямо через него. И это лучшее развитие событий. В худшем случае Зейн заберет с собой и Стивена, и Натаниеля. Если Зейн действует по примеру Габриеля, как он утверждает, я бы предпочла сценарий с машиной.

4

Вторая больничная приемная за последние два часа. Денек выдался слишком информативным даже для меня. Из хороших новостей было только то, что ни одно из ранений не было моим. Из плохих – что это положение вещей могло вот-вот измениться. Альфа или нет, Зейн был оборотнем. А они легко могли переломить через колено слоника средних размеров. Так что заниматься армрестлингом с ним я не собиралась. Я бы не только проиграла, но он бы, вероятно, выдернул бы мне руку и съел ее. Многие ликантропы любили соревноваться и превосходить людей. Но я не была уверена, что Зейна волновали такие мелочи.