Лео вильнул рогатым рулём, круто развернулся – приготовился дать газу. Последний раз глянул: ага! Со стороны Таганки подтягивались аккуратные бело-голубые автобусы с запоздавшим ОМОНом. Рябиновский понял, что милиция, отвыкшая от неразрешённых митингов, поздновато среагировала на неожиданный моб несовершеннолетних. У детишек не было ни флагов, ни лозунгов.

Между тем, подростки всё прибывали. Шли от метро "Третьяковская", подтягивались по мостам через Москву-реку...

Появилась первая телекамера. Взгляд Лео заметался по площади, и даймоны засуетились, грязным ветерком прошвырнулись по-над толпой, принюхиваясь. Нет, не футбольные фанаты, не любители языческого хард-рока... А кто ж?

Лейтенант с мегафоном предложил собравшимся разойтись. В толпе возникло движение, милиционер, было, расслабился, но скоро стало ясно: молодняк не расходится, просто слоняется с места на место. Лейтенант исчез, на смену явился краснолицый майор, который вместе с группой решительных омоновцев кинулся искать в гуще толпы организаторов акции.

Внезапно все начали махать руками, подпрыгивать и залезать на парапеты: из-за Обводного канала показался отряд велосипедистов, дюжина тёмных фигурок – какие-то парни в камуфляжных куртках, в банданах... Толпа загудела: впереди эскадрона велосипедистов двигался человек в распахнутом чёрном плаще.

Лео поморщился: что ещё за молодёжный фюрер? Милиционеры, разом оживившись, бросились навстречу велосипедистам. Наперерез парню в плаще. Бежать было метров двести. А когда толпа вместе с милиционерами отхлынула к мосту, на опустевшей проезжей части появился прямо из-под земли некто ловкий, с гордо задранной головой – в кос-тюме химзащиты, в болотных сапогах.

В руках некто держал потёртый жёлтый мегафон. И пока милиционеры ловили на мосту облачённого в чёрный плащ велосипедиста (это был любитель приключений и весельчак Жора Арутюнов), вылезший из-под земли парень прокричал в рупор: