-  Братцы! К сожалению, господин Кунц струсил. Он не пришёл. Это значит, что он морально убит! И остальным, остальным клеветникам России мы показали! Нас – до хрена! Мы – новая сила!

Юный волшебник Лео чуть не рухнул с кожаного сиденья на землю. Если бы посреди площади расцвёл небольшой ядерный взрыв, Рябиновский поразился бы меньше. Не сводя вытаращенных очей с Царевича, Лео трясущимися пальцами достал из нагрудного кармана телефон.

-  Алло, Сарра?! – зачастил он, прикрываясь ладонью в жёлтой перчатке. – Сарра, я нашёл его! Знаете что?! Царевич, который наехал на Кунца! Это он и есть, это шаманёнок Шушурун! Здесь целый митинг! Целая толпа уродов! На Болотной площади... Это кошмар, это фашистский митинг какой-то! Сарра, ты слышишь меня?! Надо что-то делать, срочно! Звони нашим людям в Кремле, надо уничтожить эту гниду в зародыше!

-  Успокойтесь, Лео. Всё идёт по плану, – услышал он спокойный голос Сарры.

- Что значит "по плану"?! – Рябиновский вызверил глаза. - Это Иван Царицын! Тот самый, который убил учителя Тампльдора!

И опять спокойный, почти насмешливый голос: – Не вмешивайтесь, Рябиновский. Убирайтесь оттуда немедленно. Я контролирую этот митинг. Лео скрипнул зубами. Последний раз оглянулся на Цари-цына, помедлил секунду: не влепить ли белобрысому подонку какую-нибудь пагубу под дых? Сдержался. Вцепился в руль и дал по газам. А над площадью разносилось:

- Братцы! Мне пора исчезать! Напоследок главное: народ, не давайте себя в обиду!.. Никто не посмеет называть нас белыми неграми и пьяным быдлом! Это – наша война. И мы победим!

Омоновцы, как заправские регбисты, врубились в стайку журналистов, уже окруживших Царевича, случайно сшибли с ног девушку с микрофоном, отпихнули оператора. Возникло замешательство, толпу передёрнуло, качнуло вперёд – от свиста закипел, зазвенел воздух.