Заканчивающаяся тупиком улица в населенных рабочим людом кварталах Арлингтона, штат Виргиния. Время чуть за полночь. Теплая осенняя ночь после только что закончившегося дождя. Пахнущий влажной землей и листьями воздух медленно движется, отступая перед приближающимся холодным атмосферным фронтом. Одинокая цикада поет свою песню. Она замолкает, когда до нее долетает приглушенный шум пятилитрового двигателя «мустанга», за которым следует машина федеральной полиции. Оба автомобиля сворачивают в тупик и подъезжают к аккуратному домику на две семьи. «Мустанг» подрагивает, пока его двигатель работает на холостом ходу. Но вот мотор стихает. Выждав несколько секунд, цикада возобновляет песню — последнюю песню перед приходом холодов, последнюю песню в жизни.

Из «мустанга», оставив сиденье водителя, появляется федеральный исполнитель в форме. Он обходит вокруг машины и открывает дверцу для пристроившейся на пассажирском месте Клэрис Старлинг. Клэрис вылезает из автомобиля; Широкая белая повязка вокруг головы удерживает марлевый тампон на ее ухе. Шея Клэрис чуть выше выреза зеленой хирургической блузы, которую она носит вместо куртки, испещрена красно-оранжевыми пятнами антисептика бетадин.

В пластиковой сумке на «молнии» Старлинг несет свои пожитки — немного денег, ключи, удостоверение личности специального агента ФБР, скорозарядное устройство с пятью патронами, небольшую баночку крема. В той же руке Клэрис тащит пояс с пристегнутой к нему пустой кобурой.

Федеральный исполнитель передает ей ключи от машины.

— Спасибо, Бобби.

— Вы не хотите, чтобы мы с Фароном немного у вас посидели? А может быть, прислать Сандру? Она ждет моего возвращения. Я скоро ее привезу, вам не стоит оставаться одной…

— Не надо, Бобби. Я пойду к себе. Вот-вот вернется Арделия. Еще раз спасибо.

Федеральный исполнитель садится в машину к ожидающему его напарнику. Как только Старлинг оказывается в безопасности за дверью дома, машина отъезжает.