— Как же удалось это сделать? Ведь, как я понял, никто не знал, как бороться против заклинания постоянно Липнущих Чар, — спросил Гарри, сделав вид, что ему это очень интересно знать.

— Ты не поверишь, Гарри, но это сделал Снэйп одним взмахом палочки.

— Что? Снэйп? А почему он раньше этого не сделал? Все целый год мучались от этого портрета, — возмутился Гарри, чувствуя, как в нем закипает ненависть к Мастеру Зелий с новой силой.

— Вот и мы его спросили о том же. Но он ответил, что никто раньше его не просил, а самому проявлять инициативу в доме Си…, - она осеклась, поглядев на Гарри. Тот не подал виду, что ее слова причиняют ему боль, и она продолжила, — Короче, когда все уже отчаялись победить этот портрет, Дамблдор попросил Снэйпа попробовать, и у того получилось, как я сказала, с легкостью.

Тонкс отворила дверь в кухню, и они вошли.

Гарри не узнал это помещение, которое в прошлом году было очень похоже на склеп. Теперь кухня сияла чистотой; запах сырости и тлена исчез; вместо этого кухня была пропитана запахом постоянно готовящейся еды.

За длинным кухонным столом сидели два человека. Одного из них Гарри с удовольствием убил бы на месте.

— Здравствуй, Гарри! Садись, пожалуйста, — улыбнувшись, поприветствовал его Дамблдор и указал на стул рядом с ним. Гарри почувствовал напряжение и тревогу в его голосе. — Вы добрались без происшествий, Тонкс?

— Да, профессор Дамблдор, ваша зажигалка у Гарри, — ответила та, глядя на Гарри с нескрываемым волнением. Тот не отрываясь, смотрел на второго волшебника, сидящего рядом с Дамблдором, но по другую сторону стола.

Это был Снэйп. Он был чернее тучи, погруженный в свои мысли, даже не удостоил вошедших вниманием.

— Профессор Дамблдор, я могу идти? — спросила Тонкс.

— Да, конечно, благодарю тебя, Тонкс, — ответил седовласый маг, так же пристально глядевший на юношу.

Тонкс вышла из кухни. Дамблдор некоторое время переводил взгляд с Гарри на Снэйпа, затем спокойно начал говорить.