Римо набрал номер, выслушал два гудка и набрал номер вторично. Он не сомневался, что из этого ничего не выйдет.

– Да, – сказал кислый голос. Вышло!..

– Простите, – сказал Римо типу в очках и с тросточкой, ослабив нажим, – но вам придется уносить ноги. У меня приватная беседа. Благодарю.

Он отдал мужчине тросточку и посоветовал побольше двигать челюстью, чтобы снять боль.

– Кто это был? – спросил голос в трубке.

Голос принадлежал Харолду В. Смиту, главе КЮРЕ – человеку, который, с точки зрения Римо, слишком беспокоился о всяких мелочах.

– Прохожий.

– Подобные разговоры не следует вести в общественном месте.

– Я один. Его больше нет.

– Вы его убили?

– Чего ради? Ладно, выкладывайте.

– Вам не следует оставлять вокруг столько трупов.

Римо быстро записал эту фразу в книжечку. Новая система передачи заданий подверглась упрощению, чтобы стать более понятной. Буквы заменялись словами, а слова в соответствии с сеткой у него на карточке заменялись другими словами; предполагалось, что так он сможет быстро расшифровать кодированное послание, звучащее для любого другого полной абракадаброй.

Карточка и карандаш были наготове. Расшифровка состоялась.

– Что мне делать в Альбукерке?

– Я еще не передал задания, – сказал Смит. – Теперь передаю...

– Идиотизм... – пробормотал Римо.

– Синие животы, «Бостон Глоб», 19 и зебра. Записали?

– Ага.

– Смысл ясен?

– Нисколько, – ответил Римо. – Полный туман.

– Хорошо. Пятьдесят четыре танцора ломают три шпонки.

– Понял, – доложил Римо. – Буду на месте.

Он повесил трубку и сунул кодовую карточку в задний карман. Карточка походила на банковский календарь с невиданными процентами по кредитам.