
Подручный удалился и вскоре вернулся, волоча на веревке худого, небритого человека с изможденным лицом и затравленным взглядом.
Грубо, словно мешок, Федя швырнул его на пол.
– Действие первое, – объявил палач. – Ломание костей!
Подручный, вооружившись железной дубинкой, усердно принялся за работу. Послышались страшные крики, Алексей попытался зажмурить глаза, но сразу же получил от палача болезненный удар по лицу.
– Смотри, тварь! Для тебя стараемся!
Крики несчастного перешли в дикий звериный вой...
– Действие второе – снимание скальпа!
Палач вооружился острым серповидным ножом, и Рюмин потерял сознание...
* * *– Пытку электрическим током выдержал. Потом я хотел снять скальп с недоноска, на которого вы указали, и он отрубился, – почтительно докладывал палач господину Завадовскому, развалившемуся в кресле и покуривающему сигару.
– Интересненько, – почесал затылок Василий Андреевич. – Весьма даже забавно!
Под «недоноском» подразумевался больной бомж, за которого глава «фирмы» недавно распекал вербовщика Колосова. Завадовский задумался. Это был третий случай в его практике, когда бомжара открыто выражал недовольство, первый, когда тот мужественно терпел пытки. Прикончить или не стоит? Пожалуй, не стоит! Из него можно сделать хорошего «гладиатора».
– Что с задохликом? – спросил он, выпустив изо рта струйку дыма.
– Загнулся от боли да от страха, – равнодушно ответил палач.
– Где труп?
– Уже в топке.
– А этот?
– В «процедурной» под Фединым присмотром.
– Он видел смерть того, другого?
– Нет, находился в полном отрубе!
– Чудесно. – Завадовский полузакрыл глаза, обмозговывая план дальнейших действий.
– Значит, так, – спустя пару минут изрек он. – Я, кажется, нашел его слабое место. Если провести процедуру с использованием всех имеющихся в наличии средств, парень наверняка сломается. Однако, – тут Василий Андреевич многозначительно поднял вверх указательный палец, – нам он нужен в пригодном для использования виде! Поэтому поступим иначе. Сперва возьмешь и проинструктируешь «приз для победителя».
