В машине стало тихо — слышалось только тихое ворчание кондиционера. В конце концов Тесса его нарушила:

— Тебе бы следовало сказать: «Я знаю, что ты идиотка. Но вот что такое я?..»

Сара хотела просто посмеяться над словами сестры, но вдруг почувствовала раздражение.

— А вот это тебя совершенно не касается!

Тесса прямо-таки взорвалась хохотом — у Сары аж в ушах зазвенело.

— Ну, знаешь, моя милая, это еще никого и никогда не останавливало. Я уверена, что сучка Марла Симмз ему позвонила еще до того, как вылезла из своего грузовика!

— Не называй ее так.

Тесса снова замахала пластиковой ложечкой.

— А как мне ее называть? Шлюхой?

— Никак, — твердо ответила Сара. Именно этого она только и хотела. — Никак ее не называй!

— А вот мне кажется, она вполне заслуживает некоторых отборных словечек.

— Во всем виноват Джеффри, он меня обманывал. Она же лишь воспользовалась предоставившейся возможностью.

— Знаешь, — начала Тесса, — я в свое время тоже пользовалась подобными моментами, но никогда не бегала за женатыми мужчинами.

«Хоть бы она наконец заткнулась — нет сил продолжать этот разговор», — с болью подумала Сара. Тесса же тем временем с мягкостью перескочила на другое:

— А Марла, по словам Пенни Брок, растолстела.

— О чем это ты, интересно, беседовала с Пенни Брок?

— О засорившемся сливе у них в кухонной мойке, — ответила сестра, облизывая ложечку. Тесса перестала работать с отцом в семейной сантехнической мастерской, когда ей начал мешать раздувшийся живот, но прочистить вантузом сток она пока еще была вполне способна. — Пенни говорит, она стала здоровенная, как слон.

Сара никогда не думала, что сообщение о раздобревшей сопернице прольет бальзам на ее израненную душу. Стыдно, конечно, так радоваться при мысли о растолстевших бедрах и заднице любовницы Джеффри, но Сара ничего не могла с собой поделать — ощущение триумфа буквально захлестнуло ее.