– Нет.

– Виктор Консерга, Рамон Рамирес, Луис Трухильо, – сказал агент ФБР. – Эти типы считаются ведущими персонами в БКА, куда направляются образцы товаров, в которые превращается ваше золото. Трухильо, – он показал на фото толстого человека в модном костюме, забирающегося в «мерседес», – является одним из ведущих финансовых менеджеров семьи Меркадо, колумбийского наркотического картеля.

– Колумбийского! – ахнул Рааб. Глаза его расширились.

– И к вашему сведению, мистер Рааб, – сказал агент Руис, – мы здесь не в детские игрушки играем.

Рааб смотрел на него с отвисшей челюстью.

– Золото, которое вы покупаете, мистер Рааб, от имени «Пас» переплавляется и превращается в обычные хозяйственные предметы, которые потом красятся или чем-то покрываются и направляются в Колумбию, где из них снова делают слитки. «Пас» – просто крыша, компания полностью принадлежит семье Меркадо и картелю. Деньги, которые они платят вам за ваши… услуги, как вы говорите, поступают от продажи наркотиков. Золото, которое вы им поставляете, – агент Руис расширил глаза, – служит им для перевозки наркотиков.

– Нет! – воскликнул Рааб, вскакивая с места и в ужасе глядя на агентов. – Я не имею к этому никакого отношения, клянусь. Я всего лишь поставляю золото. Вот и все. У меня контракт. Этот Виктор Консерга обратился ко мне с настойчивой просьбой, как и многие другие. Если вы пытаетесь напугать меня, вы своего достигли. У вас получилось. Но колумбийцы… Меркадо… – Он покачал головой. – Не пойдет. Это уже перебор, черт побери!

Бут спокойно потер подбородок, как будто не слышал ни одного слова, сказанного Раабом.

– Когда мистер Консерга обратился к вам, мистер Рааб, он сказал вам, что он хочет?

– Он сказал, что хочет купить золото. Он хотел превратить его в некоторые предметы.

– Как же тогда вышло, что для этого его первым делом представили «Арготу»?

Рааб отшатнулся. Он все понял теперь. Яснее ясного. Куда это все ведет. Хозяином «Аргота» был его друг, Гарольд. Он сам их познакомил.