У него ушло почти десять минут на то, чтобы пройти тридцать ярдов. Потом земля начала выравниваться, высокие деревья поредели, свет стал ярче. Босх осмотрелся, ища собаку, но ее нигде не было. Окликнул доктора, хотя уже не видел ни его, ни улицы.

— Доктор Гийо? Слышите меня?

— Да, слышу.

— Посвистите собаке.

Раздался тройной свист, отчетливый, но очень тихий, поскольку деревья с подлеском задерживали звук так же, как и свет. Босх попытался повторить его и после нескольких попыток решил, что воспроизвел свист правильно. Но собака не появлялась.

Босх пошел дальше по ровной земле, считая, что если бы кто-то собирался зарыть или бросить труп, то выбрал бы для этого не крутой холм. Он вошел в рощицу акаций и сразу же наткнулся на место, где земля была недавно взрыхлена, словно в ней кто-то беспорядочно рылся. Хотел отодвинуть ногой часть комьев и веточек, но понял, что это не веточки.

Босх опустился на колени и в свете фонарика стал разглядывать коричневые кости, разбросанные на площади около квадратного фута. Подумал, что видит разъединенные пальцы руки. Маленькой. Детской.

Босх поднялся. Интерес к Джулии отвлек его от дела. Он не взял с собой ничего для сбора костей. Если просто взять их и нести вниз по склону, это будет нарушением всех правил собирания улик.

«Поляроид» свисал у него с шеи на шнурке от обуви. Босх поднял фотокамеру и заснял кости крупным планом. Затем отошел и сделал широким планом снимок места под акациями.

Вдали послышался негромкий свист доктора Гийо. Босх принялся за работу с желтой пластиковой лентой для оцепления места преступления. Обвязал ее конец вокруг ствола одной из акаций, потом протянул границу вокруг деревьев. Думая о том, как будет здесь работать завтра утром, вышел из рощицы и стал искать что-нибудь пригодное для надземного ориентира. Обнаружил неподалеку поросль полыни. Обмотал ленту вокруг и поверх нее несколько раз.