Когда Босх закончил, уже почти стемнело. Он окинул беглым взглядом это место, понимая, что поиски при свете фонарика бессмысленны и землю нужно будет тщательно обследовать утром. Достав маленький перочинный ножик, висевший на цепочке с ключами, принялся отрезать от рулона четырехфутовые куски ленты.

Спускаясь по склону холма, Босх привязывал их к кустам и ветвям деревьев на некотором расстоянии друг от друга. Вскоре он услышал голоса и пошел на них. В одном месте мягкая земля внезапно просела под ногами, Босх упал и сильно ударился о дерево. Ушиб грудь, порвал рубашку и оцарапал бок.

Несколько секунд Босх не двигался. Думал, что, возможно, сломал ребра с правой стороны. Дышать было трудно, мучительно. Он громко застонал, медленно поднялся, хватаясь за ствол дерева, и продолжил путь, ориентируясь на голоса.

Вскоре Босх вышел на улицу, где доктор Гийо ждал его с собакой и еще одним человеком. При виде крови на его рубашке оба остолбенели.

— Господи, что случилось? — воскликнул Гийо.

— Ничего. Я упал.

— Ваша рубашка... на ней кровь!

— На моей работе такое случается.

— Давайте осмотрю вашу грудь.

Доктор шагнул к нему, но Босх выставил руки ладонями вперед.

— Со мной ничего страшного. Кто это?

Второй человек ответил:

— Виктор Ульрих. Я живу здесь. — Он указал на ближайший дом. — Просто вышел посмотреть, что здесь происходит.

— В данное время ничего. Но там, наверху, место преступления. Мы, видимо, не примемся за дело до завтрашнего утра. Я попрошу вас обоих не подниматься туда и никому об этом не говорить. Договорились?

Оба кивнули.

— Доктор, несколько дней не спускайте собаку с поводка. Мне нужно вернуться к своей машине, позвонить по телефону. Мистер Ульрих, нам определенно потребуется завтра поговорить с вами. Вы будете на месте?