В кармане убитого главаря тихонько зажурчал мобильник.

– Да, – прохрипел я в трубку.

– Как дела, Виктор? – донесся из мембраны чей-то голос.

– Нормально.

– Долго еще?

– Не очень.

– Как управишься, дай знать. – Трубка запикала короткими гудками.

Я достал из шкафа дорожную сумку. Побросал в нее свой «ПСС», боевой нож, разорванную блузку, документы, бумажник, незасвеченныймобильник для связи с шефом. Быстро обул кроссовки и надел поверх костюма кожаную куртку. Потом обтер пистолет Стаса платком и вложил ему в ладонь, а мобильник и нож (после такой же процедуры) в руки главаря.

– Уходим через лоджию, – обернулся я к нервно вздрагивающей девушке. – Сможешь спрыгнуть со второго этажа?

– Да.

– Отлично, за мной!..

Несостоявшаяся жертва «маньяка» при ближайшем рассмотрении оказалась миниатюрной шатенкой: с синими глазами, вздернутым носиком, полной грудью и стройными ножками. Она судорожно цеплялась за мой локоть и зябко поеживалась на холодном ночном ветру.

– Кто вы? – когда мы отдалились от гостиницы метров на двести, осмелилась спросить девушка.

– Майор ФСБ Дмитрий Корсаков. Можно просто Дима, – ответил я, снимая опостылевшую «собровку».

– Маша.

– Очень приятно. Скажи, Маша, какой тут самый удобный и короткий путь к Балашовскому шоссе?

– Вот, – девушка показала пальчиком направо: на прямую асфальтированную дорожку, обставленную редкими фонарями.

– А самый длинный и неудобный?

– Через кладбище.

– Ага! По нему и пойдем!

– Но это же неразумно!!! – округлила глаза Маша.

– Правильно. И наши преследователи рассудят точно так же, – улыбнулся я...

Разрушаемое кладбище представляло собой жуткое сюрреалистическое зрелище. В свете полной луны застывшие экскаваторы и бульдозеры напоминали чудовищ из древних сказаний, готовых в любой момент броситься на непрошеных гостей, растерзать железными пастями. То там, то здесь виднелись поломанные кресты, опрокинутые памятники и белели человеческие кости из разоренных могил. Откуда-то издалека доносился заунывный, протяжный вой.