— Я привыкла к оружию, выросла-то я в глуши Эндовера. А там надо было все время быть начеку, каждую минуту, того и гляди, могли нагрянуть индейцы, — объяснила она.

— Понятно, — озадаченно проговорила Мерси. Женщина, владеющая оружием, — это было за пределами ее понимания. Оказавшись на пороге кухни и окинув ее взглядом, Мерси заколебалась, стоит ли ей входить. Кухня больше напоминала школьный класс, нежели помещение дома. Вокруг стола собралось не меньше полудюжины ребятишек.

В очаге весело потрескивал огонь, излучая благодатное тепло. Вся кухня была окутана смесью вкусных пряных запахов, часть их исходила из котла со свининой, висевшего на крюке над огнем, часть — от остывающего кукурузного пудинга. Но самый вкусный аромат доносился из подовой печи, где румянились золотисто-коричневой корочкой хлебы.

— Надеюсь, что я, не приведи Бог, не мешаю вам, — промолвила Мерси.

— Господи, да, конечно же, нет, — ответила Элизабет, помогая Мерси снять шубу и усаживая ее на стул поближе к огню. — Напротив, я очень рада вашему приходу, вы дадите мне возможность отвлечься от этих маленьких шалунов. Но вы застали меня за выпечкой хлеба, и мне сейчас надо вытащить его из печки.

Ловким движением она подхватила хлебы на лопату с длинной ручкой и уверенно выложила один за другим восемь пышущих жаром хлебов на высокий стол, занимавший всю середину кухни.

Наблюдая, как работает Элизабет, Мерси не могла не признать, что та очень красива со своими выступающими скулами, сложением и гибким станом. Было также совершенно ясно, что Элизабет очень свободно чувствует себя на кухне, судя по тому, как легко справляется с хлебопечением, как сноровисто поддерживает огонь в очаге и как ловко поправляет крюк, на котором висел котел. В то же время Мерси чувствовала, что Элизабет носит какую-то личину, вызвавшую раздражение и беспокойство у миссис Григгс.