— Поразительно, — удивился он, — невероятно! Видеть так много и так далеко, видеть другой континент! — Он произносил «другой» как «друкой».

Я кивнул в знак согласия.

— Да, стыдно не видеть, как Гельмут и Микки возвращаются из Лос-Молиноса с моим запасом наркоты. — Я бросил взгляд на лицо Тео, чтобы проверить его реакцию на мои слова.

Он улыбнулся:

— Полагаю, у них могут быть проблемы с национальной гвардией там, на побережье. А может, им перегородил дорогу какой-нибудь грузовик или что-нибудь еще?

— Очень надеюсь, что ничего такого не случилось, — проворчал я, отворачиваясь от окна. — Я вложил в них кучу денег.

Тонкие арийские брови Тео взметнулись вверх.

— Не беспокойся. Думаю, Гельмут и Микки не глупы. Они вернутся. Значит, Гельмут работает теперь на тебя.

Я не понял, вопрос это или констатация факта, поэтому проигнорировал его слова. Тео взял у Мамута сигарету и передал мне. Я глубоко затянулся, потом еще раз.

— Предпочел бы что-нибудь посильнее этого. — Я вернул сигарету Тео.

Он сделал затяжку и произнес уголком рта:

— Тебе нужна доза?

У меня екнуло сердце. Мне понравились его слова. Мне вообще нравился этот парень. Нравилось находиться здесь наверху, в его прекрасной башне с ужасной коллекцией «Мечта танжерца», нравились его длинные ногти на пальцах, книги, выстроенные длинными рядами, астральные карты, унаследованные от одной из матерей, его по-детски чмокающие губы.

— Гмм?

Он подошел к книжному шкафу и достал алюминиевую коробку для кинопленки.

— Спрашиваю, ты хочешь дозу?

Я пожал плечами.

— Решай сам. Могу обойтись, — сказал я, словно меня это мало волновало.

Я видел, как люди тащатся по сточной канаве за дозой кокаина. Униженные или бессовестные, они заглядывали в рот какого-нибудь мерзкого наркодельца и лизали его ботинки за возможность кайфа.